«Страницы журнала Печорина» Режиссёр Анатолий Эфрос, СССР, 1975. В ролях: Олег Даль, Андрей Миронов, Леонид Броневой, Ольга Яковлева и другие.
Роман «Герой нашего времени», который Лермонтов писал в течение 1837–39 годов, вышел в свет в 1840‑м. Считается, что это — первый в русской литературе социально-психологический роман, цель которого — поведать «историю души человеческой».
В построении книги Лермонтов сознательно ломает хронологию: читатель узнаёт о смерти героя романа, Печорина, задолго до того, как знакомится с его искренним дневником. Автору важно, чтобы читатель, постепенно, словно снимая слои, проходит путь от взгляда внешнего наблюдателя («Максим Максимыч») к страшной и честной исповеди самого героя («Журнал Печорина»). Это расслоение повествования заставляет не судить Печорина, но пытаться его понять.
«Герой нашего времени» обладает уникальной оптической системой: Печорин одновременно и субъект, и объект наблюдения. В «Журнале Печорина» он проводит жестокие психологические эксперименты не только над окружающими, но и над собой. В «Фаталисте» он проверяет на прочность саму судьбу: рискуя жизнью, он доказывает: человек — хозяин своей воли. Это делает книгу не просто романом о любви или войне, но философским исследованием границ свободы и предопределения. К тому же роман стоит у истоков сразу двух мощных традиций. С одной стороны, это корень русского психологического реализма. С другой — Лермонтов вступает в диалог с европейской традицией «потерянных поколений», но переплавляет романтический штамп в трезвую, почти клиническую прозу. В результате книга оказывается неисчерпаемой: каждое поколение находит в холодных глазах Печорина отражение своей усталости и своих вопросов, как водится, без ответов.
Телеспектакль театрального режиссёра Анатолия Эфроса «Страницы журнала Печорина» вышел на телеэкраны страны в 1975 году. Это, в сущности, не просто экранизация всего лишь одного фрагмента романа — «Княжна Мери», но глубокое исследование трагедии Печорина. Эфрос намеренно уходит от романтического флера, окружавшего образ героя: перед нами молодой человек, настолько ожесточившийся, что чужие страдания и смерть приятеля не трогают его, а собственные чувства сводятся к тоске и раздражению. Визуальное решение парадоксально — режиссёр отказывается от узнаваемых кавказских пейзажей и беседок в пользу «живых декораций» из спин, плеч и бальных платьев, на фоне которых лицо героя возникает словно из толпы
Олег Даль создал эталонный портрет «лишнего человека». Его манера игры — антипод актёрской техники: он холодно и точно присутствует в кадре. Далю достаточно скупой полуулыбки и пристального, всё понимающего взгляда, чтобы передать и власть над окружающими, и фатальную обречённость. Этот контраст обнажён в дуэте с Андреем Мироновым (Грушницкий), чья экзальтированная игра лишь оттеняет ледяное самообладание и скрытую боль Печорина-Даля.
Сегодня этот телеспектакль воспринимается как утраченная вершина — момент, когда высокая театральная культура, интеллект и «чистое искусство» Эфроса и Даля совпали с возможностями телевидения, создав произведение вне времени.
